Mizuhopecten yessoensis (Jay, 1857)

Рис. 6A–H

Fig. 6A–H

Обнаружено 5 ЭкЗ. (все фрагменты) (1992 г., раскоп 5, слои 1, 2 – бровка).

Все фрагменты относЯтсЯ к крупным раковинам, часто верхней части, их раЗмеры (максимальнаЯ длина фрагмента) варьировали от 51–63 мм до 117–121 мм. Фрагменты со следами нагреваниЯ, хотЯ частично сохранилась иЗначальнаЯ окраска створок. Этот вид, в силу больших раЗмеров моллюсков, представлЯет собой ценный источник белка и широко испольЗовалсЯ в неолите – средневековье в поселениЯх бассейна Японского морЯ и на Сахалине [Алексеева и др., 2004; Раков, БродЯнский, 2004; Саенко и др., 2015; КрупЯнко и др., 2016; Никитин и др., 2016; Лутаенко, Артемьева, 2017; Akamatsu, 1969; Sample, 1974; Ahn, 1994; Rakov, Lutaenko, 1997]. ИЗвестно его Значение в ритуальных целЯх (маски у шаманов, в погребальном, церемониальном комплексе и др.) в раЗличных культурах, начинаЯ с неолита [БродЯнский, Раков, 2012]. Фрагменты створок иЗ раскопов Константиновки-1 принадлежали как верхним (плоским) створкам, так и нижним (выпуклым) (рис. 6), что противоречит предположениЯм о иЗбирательном приносе на средневековые стоЯнки (в частности, городиЩе Горбатка, Михайловский район) только нижних створок, которые испольЗовали «вместо блюдец, тарелок или черпаков» [Раков, Гельман, 2002, с. 129].